. .

Между славой и антиконформизмом

Между славой и антиконформизмом
«Записки из Омса» (Carnets de Homs)

Jonathan Littell

Издательство Gallimard

не переведено на русский

«...Говорить о себе мне кажется бессмысленным. Вы, может быть, слышали, как это сформулировала Маргарет Этвуд: «Интересоваться писателем только потому, что нам понравилась его книга, это то же самое, что интересоваться гусями, потому что нам нравится фуа-гра…»

Джонатан Литтелл

 

Один из самых талантливых, честных и оригинальных авторов нашего времени, которого тайком замалчивают и иногда в открытую оплевывают оппортунисты и политиканствующие бездари всех мастей, Джонатан Литтелл остается верен самому себе. Как и на день получения Гонкуровской премии, когда писатель тактично улизнул от участия в церемонии получения заслуженной награды, Литтелл по-прежнему сторонится вульгарной тусовки. Но продолжает делать свое дело. Не в пример улюлюкающей окололитературной толпе, предпочитающей массовые шествия под знаменами бездарности, при виде которой у многих пишущих людей — да простит читатель автору плохое настроение… — опускаются руки и появляется потребность побродить в одиночку по лесу.

Любопытное интервью Джонатана Литтелла напечатано во французском сетевом журнале LEXPRESS.fr в связи с выходом его небольшой книги «Записки из Омса» (Carnets de Homs) в его «родном» французском издательстве Галлимар.

Эта короткая беседа посвящена не столько Сирии, куда газета «Монд» «забросила» Литтелла нелегально в период с 16 января по 2 февраля с. г. с журналистским поручением, сколько самому писателю, избегающему контактов с прессой, особенно с французской, которая, по его мнению, сильно ему насолила, публикуя факты из его личной жизни и при этом не удосуживаясь подвергать их сколько-нибудь серьезной проверке.

Творческая свобода, приобретенная Литтеллом в результате получения Гонкуровской премии — как известно, тяжелое бремя. Даже если сам он и утверждает обратное. Ведь после такого выбирать приходится по максимуму. Даже среди тем, на которые хотелось бы писать. И выбор бывает ограничен. Выбор ограничен реальной жизнью человека. Читателю же всегда мало. От таких авторов он ждет еще и еще. Но много ли таких книг как «Благоволительницы» можно написать за одну жизнь? Попробуйте!..

Вряд ли кто-то удосужится перевести это короткое интервью на русский язык. На радость русским почитателям Литтелла и просто для любопытных я набросал этот перевод сам.

перевод с французского В. Б. Репина

LEXPRESS.fr.    Жестокость так и просачивается сквозь страницы «Записок из Омса». Поле брани — для вас это что-то привычное еще с Чечни, где вы работали в гуманитарной миссии. Война в Сирии кажется Вам еще более жестокой, чем Чеченская?

J. Littell             Ситуация в Омсе действительно отличается чрезвычайной жестокостью. У тому же учтите, что я находился там до начала настоящих бомбардировок. Сравнивать вообще  сложно. Когда я был Чечне, я находился там в другом качестве: работал на гуманитарную миссию. И когда оказываешься в такой ситуации, приходится переносить тяготы повседневной жизни, но ты стараешься избегать самих столкновений. Если все это приближается к твоему порогу, ты вынужден просто  забаррикадироваться. Положение журналиста — например, мое в Сирии — совсем другое. Журналист пытается уследить за максимальным количеством событий, в том числе за самыми экстремальными, в минимальный отрезок времени.

LEXPRESS.fr.    Как удается выдержать все это?

J. Littell             Работа, ничего не поделаешь.

LEXPRESS.fr.    А страх?

J. Littell              Да, да, да… Бывают моменты, когда ужас находит.

LEXPRESS.fr.    Помимо самого свидетельства о событиях, ваши «Записки» являются призывом в защиту сирийских повстанцев?

J. Littell               Я ни к чему не призываю. Ни за кого не ратую. Я излагаю факты.

LEXPRESS.fr.    Что вы думаете о позиции Бернара-Анри Леви по поводу ливийской авантюры?

J. Littell               Воздержусь от высказываний.

LEXPRESS.fr.    Откуда у вас такая тяга к мировой политике.

J. Littell               Не знаю.

LEXPRESS.fr.    Вам нравится литература на военные темы?

J. Littell               Не больше чем любая другая. Я люблю хорошие книги. Будь то «Евгения Гранде», или «Капут».

LEXPRESS.fr.  Вы издаетесь в двух издательствах. У всеизвестного Галлимара. А также в «Фата Моргана»  — довольно дискретное издательство, в котором выходят тексты со всякого рода теоретизированиями или художественные, но ни во что не вписывающиеся, как например Ваша «Старая история», вышедшая в апреле.

J. Littell             «Старая история» — мелочь.

LEXPRESS.fr.  Ну, а еще?

J. Littell             Не знаю, почитайте сами [пауза]. Никто, или почти никто, не говорит о моих книгах, выходящих в «Фата Моргана».

LEXPRESS.fr.  Репортажи, романы, свидетельства, всякая «мелочь», или вот еще «Краткая история органов государственной безопасности РФ: 1991—2005 гг», доступная в сети... Все эти жанры вам необходимы для внутреннего равновесия, что ли?

J. Littell             Опять отвечу асимметрично. Я занимаюсь тем, что мне нравится. Успех, который мне принесли «Благоволительницы», дал мне эту свободу. Я не смог бы жить с журнализма. За это слишком мало платят. Я позволяю себе заниматься репортажами только потому, что не нуждаюсь в деньгах.

LEXPRESS.fr.  Почему вы так не любите говорить о себе?

J. Littell             Ну, какой в этом смысл ? Достаточно читать мои тексты, мне этого было бы достаточно. Чтобы написать книгу о Бэконе, я просто разглядывал его картины и анализировал их. Я не обращался к самому художнику, чтобы услышать его мнение. Он бы его выразил, думаю, с удовольствием, человек он словоохотливый. Но он рассказывает много басен. Для него это способ самозащиты... Именно такой метод я бы порекомендовал и в отношении моих книг. Не моя это роль — предлагать ключи к тексту. Мне бы пришлось плести те же басни... Вот сегодня, например, я перечитываю Бальзака. Его неодолимая тяга и в то же время отталкивание к гермафродизму, к гомосексуализму кажутся очевидными, они режут глаза, от текста к тексту. Но это же не значит, что нужно мчаться к мсье Бальзаку и приставить к нему с вопросами: Скажите, а гомосексуализм Вас действительно доконал?

LEXPRESS.fr.  Всеохватывающий подход к писателю — в этом ваш метод проникновения в его творчество?

J. Littell             Труд, оставляемый после себя — я верю в это понятие. Даже плохие книги больших писателей представляют собой интерес. Хотя бы потому, что благодаря им можно попытаться понять, почему они неудачные. Возьмите «Пьер, или Двусмысленности» Германа Мелвилла. Вроде бы неудачная книга, но тем она и восхитительная, ей богу.

LEXPRESS.fr.  И все же, что касается вас самих…

J. Littell             Я повторяю, говорить о себе мне кажется бессмысленным. Вы, может быть, слышали, как это сформулировала Маргарет Этвуд: «Интересоваться писателем только потому, что нам понравилась его книга, это то же самое, что интересоваться гусями, потому что нам нравится фуа-гра…»

 

Другая блестяще проведенная беседа с Джонатаном Литтеллом

Вышедший в России роман Джонатана Литтелла «Благоволительницы» — Вторая мировая война глазами нациста и лучший переводной роман 2011 года.

Лев Данилкин поговорил с автором, «Афиша».

 

«...Следует вытаскивать на свет неприглядные вещи в истории народа и затем преодолевать их

Джонатан Литтелл

 

 

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *